КТК 25 лет

СТАРТАП ПОЛКОВНИКА ДРЕЙКА

УЧЕНЫЕ И ФИЛОСОФЫ ВЕКАМИ СПОРЯТ О РОЛИ ЛИЧНОСТИ В ИСТОРИИ, НО ДЛЯ АМЕРИКАНСКИХ НЕФТЯНИКОВ ЭТОТ ВОПРОС ЗАКРЫТ. У ОТРАСЛИ ЕСТЬ СВОЙ ГЕРОЙ, С КОТОРОГО НАЧАЛАСЬ ВСЯ ЛЕТОПИСЬ ПРОМЫШЛЕННОЙ НЕФТЕДОБЫЧИ В США.

Звали героя полковник Эдвин Лорентайн Дрейк. Никакого отношения к армии 35-летний мужчина не имел, носил форму проводника поезда, но именно прошлое железнодорожника, «забывшего» сдать предыдущим работодателям удостоверение личности с правом бесплатного проезда, стало весомой причиной для его приема в 1858 году в компанию Seneca Oil, добывавшей нефть в Пенсильвании. Не привыкший сорить деньгами владелец предприятия Джеймс Таунсенд не упустил возможности сэкономить на командировочных расходах нового сотрудника. Он же придумал называть его полковником – этот вымышленный статус прибавлял подчиненному веса в переговорах как с чиновниками, так и с местными жителями. Как можно понять, Эрвин Дрейк не имел ни соответствующего образования, ни опыта работы с нефтью, но обладал чрезвычайным упорством. Кстати говоря, компанию Seneca Oil поименовали не в честь римского философа, а по названию племени индейцев, которые первыми начали использовать нефть как лекарство от ревматизма.   


В середине XIX американские предприниматели добывали нефть в небольших объемах и только ту, что выходила на поверхность. Дрейк решил, что эти объемы можно серьезно увеличить, если взять пример с применявших бурение соледобытчиков. В городе Эри (штат Пенсильвания) он приобрел паровой двигатель, который приводил бур в действие, и приступил работам на речной отмели близ Тайтусвилла.

Сказать, что бурение продвигалось сложно, значит не сказать ничего. Сверло продвигалось всего по нескольку десятков сантиметров в день, а на глубине девяти с половиной метров и вовсе уперлось в скалу. Без ощутимого результата бежали дни и недели, авторитет «полковника» стремительно девальвировался, местные жители уже смеялись ему в лицо. Лопнуло терпение и у владельца Seneca Oil, свернувшего финансирование. Но Дрейка это не остановило. Одолжившись у друзей, он продолжил бурение. В конце августа 1858 года, когда бур преодолел отметку 21 м, в скважину хлынула долгожданная нефть.



Удачный пример Дрейка тут же вызвал настоящий нефтяной бум по всей Пенсильвании, который современники сравнивали с недавней «золотой лихорадкой» в Калифорнии. Черное золото искали тысячи бурильщиков, приехавшие со всей страны. За несколько лет объемы добычи сырья доросли до 3 млн баррелей в год. Такие показатели значительно превышали спрос, поэтому и цена в 10 долларов за баррель в январе 1860-го в конце года упала до 10 центов. Среди вложившихся в покупку земли и наем работников нефтяных предпринимателей случились первые банкротства.

Однако совсем «обвалить» молодую отрасль не позволило развитие производств по переработке нефти в керосин. Последний нашел широкое применение в качестве топлива для уличных фонарей, заменив более дорогое масло, получаемое на основе китового жира. В 1861 году известный британский журнал Vanity Fair даже посвятил событию карикатуру, на которой были изображены киты, поднимающие бокалы за открытие нефтяных скважин в Пенсильвании.



Сразу после открытия месторождения предпринимателям пришлось решать две новые проблемы: где хранить добытое сырье (которое пришлось складировать в чем придется – от деревянных бочек из-под виски, до ведер и ванн) и как его транспортировать на рынки сбыта. До ближайшей железнодорожной станции оказалось 25 км, к которой вела дорога плохого качества. По ней можно было проехать только на лошади с привязанными к седлу бочками и бурдюками. Пользуясь отсутствием конкуренции, погонщики лошадей требовали за перевозку четыре доллара с барреля, что равнялось стоимости самой нефти. Был и еще один вариант – перевозить водным транспортом. Для этого уровень ближайшей реки Ойл-Крик повысили, запрудив протоки, но все равно по этой артерии могли курсировать только плоскодонные суда грузоподъемностью максимум тысяча баррелей.


Железную дорогу до Тайтусвилла протянули в 1862 году. На станции бочки-баррели стали складывать на плоские платформы. Важно отметить, что этот способ наносил значительный урон окружающей среде – бочки обильно протекали. Ситуацию не сильно изменила замена баррелей на специально разработанные деревянные резервуары объемом 9 м3. Перевозить нефть стало проще, но не менее опасно: в связи со стихийным воспламенением огнеопасного груза не проходило практически и дня без погибших или пострадавших.

Поэтому идеи строительства нефтепроводов, как говорится, витали в воздухе. Несмотря на то, что денег на новый вид транспорта предприниматели не жалели, первые шаги молодой отрасли давались сложно. Так, из трех попыток развернуть трубопроводную систему в Пенсильвании Джеймсу Хатчинсону удалась только одна. В 1863 году его компания Humboldt Mining and Refining провела трехкилометровый трубопровод к нефтеперерабатывающему заводу. Пропускная способность этой артерии составила всего 800 баррелей в сутки. Следующая попытка соединить месторождение с железнодорожной станцией вошла в историю красноречивым отзывом «течет, как 50-центовый зонт».



Чем дальше находились месторождения от железных дорог или водных путей, тем длиннее трубопроводы приходилось строить. В октябре 1865 года в эксплуатацию ввели восьмикилометровый нефтепровод от юго-восточной части месторождения Питол до железнодорожной станции на западе Ойл-Крик. Рабочее давление в системе, реализованной по проекту Самюэля Ван Сайкла, поддерживали при помощи однопоршневых паровых насосов производства компании Reed & Cogswell. Это трубопровод был в семь раз мощнее лучшего из построенных Хатчинсоном. Его появление назвали революционным.

В 1866 году инженер Чарльз Гетч построил нефтепровод диаметром 50 мм и протяженностью 16 км. По нему перекачивалось две тысячи баррелей в сутки. В 1874 году был проложен 90-километровый трубопровод из Пенсильвании в Питсбург. Эта артерия транспортировала уже семь тысяч баррелей в сутки. В конце XIX века общая протяженность нефтепроводов в США превысила 800 км.

Но вернемся к Эдвину Дрейку. К сожалению, статус первопроходца не принес ему несметных богатств. Сначала в огне пожара сгорели его нефтепромыслы. Затем неудачные биржевые операции с акциями нефтяных компаний поглотили остатки сбережений. Но власти Пенсильвании не оставили в беде того, кому были обязаны небывалым экономическим взлетом. Дрейку назначили хорошую пожизненную пенсию – полторы тысячи долларов в год.


Проголосовало: 0

Наш сайт использует файлы cookie. продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь на использование нами ваших файлов cookie.